Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Алкоголь вызывает рак — а снизит ли риск отказ от него? Есть ли разница, когда пьешь только «качественные» напитки? Объясняем
  2. Лукашенко наказал «нерадивых» сельчан отправлять на перевоспитание. А по какому закону — спросили у чиновников и узнали много интересного
  3. «Господи, какой маразм». В школах запрещают использовать тетради с надписью «Тетрадь»? Спросили у чиновников
  4. Брестчанка в Threads попросила рассказать, что продавцы секондов скрывают от покупателей, — и вот какие ответы получила
  5. «Сразу понял, что это не плановая остановка». Причиной отключения второго энергоблока АЭС, похоже, стала аварийная ситуация — рассказываем
  6. Власти, кажется, сами не желая того, раскрыли информацию о том, где планируются «внезапные» военные сборы — рассказываем
  7. «Бюро»: Личный врач-реаниматолог Лукашенко выстраивает свою бизнес-империю в сфере медицины
  8. Беларуску вызвали в налоговую после «2000 продаж» на Kufar. Вот что выяснилось
  9. Начальника отдела милиции наказали за ответ активисту на русском языке
  10. По поручению Лукашенко все-таки «посолили» землю на Минщине. Он говорит, что вышло шикарно
  11. Умер актер Николай Кучиц
  12. Соболенко спросили, поддерживает ли она Лукашенко
  13. 40 млрд долларов — огромная сумма. Но Беларуси придется ее найти, чтобы спасти пенсионную систему — экономист


/

В ближайшие дни Беларусь накроет аномальная жара, и хуже всего — людям в заключении, отметил в своем посте в Facebook экс-политзаключенный Игорь Лосик.

Окно в ШИЗО исправительной колонии № 17. Шклов, 6 июля 2023 года. Фото: «Беларусь 1»
Окно в ШИЗО исправительной колонии № 17. Шклов, 6 июля 2023 года. Фото: «Беларусь 1»

Лосик рассказал, что год назад в эти дни находился в СИЗО КГБ:

«Условия в камерах „американки“ в жару — вам просто не передать. Душегубка — это еще мягко сказано. В четырехместной камере нас было семеро. На улицу открыта лишь небольшая форточка. В коридор отверстие для вентиляции заделано. В камере, по ощущениям, градусов 40. Туалета нет, стоит ведро, которое в такую жару просто фонит как графитовый стержень на ЧАЭС».

По его словам, из-за использования крана в такой ситуации «начинают течь стены», а если включать кипятильник, то на полу остаются лужи от конденсата. Помыться, как в других СИЗО, хотя бы над туалетом невозможно — ведь туалета нет:

«Люди падают в обмороки, начинаются проблемы с сердцем. Из-за этой ситуации администрация разрешила ставить в камеру вентилятор, который не сказать чтобы сильно менял ситуацию. Просто гоняет в радиусе метра горячий воздух и все. Ты больше надеешься, что разрешат его оставлять включенным на ночь, но вдруг приходит приказ — на ночь розетки выключать из-за пожарной безопасности. Спать абсолютно невозможно, простыня прилипает к телу, все течет, все воняет, все стонут. Настоящий рассадник туберкулеза. Такая ситуация в камере начинается, примерно если температура на улице градуса 22 и выше. Я не представляю, что там будет происходить при +35ºC, которые будут на днях».

Своими воспоминаниями в комментариях под постом поделилась и экс-политзаключенная Ирина Счастная:

«Я была сведкай, калі ў калоніі Гомеля жанчыны проста гублялі прытомнасць падчас праверак. Гэта немагчыма: стаяць 20−50 хвілін на самым санцапёку. І адміністрацыі няма справы: маладая ці старая, хворая ці нармальная. Стаяць усе.

Таму таксама з жахам думаю пра нашых людзей, якія мусяць перажыць гэтую спёку ў зняволенні».

О пережитом поделилась и бывшая политическая узница с Брестчины Людмила Романович:

«У Брэсце ў СІЗА адчынялі кармушкі і праз камеры насупраць цыркулявала трохі паветра. Не лепш будзе і ў калоніях. Стаяць пад пякучым сонцам на праверках па 30−40 хвілін таксама выпрабаванне. Шукалі цень ад сцен і там стараліся строіцца. Страчванне прытомнасці на праверцы — то нармальная сітуацыя. Гарачыня будзе ў цахах на швейцы.

Божа, барані бездапаможных у засценках Беларусі! То тэма для малітвы на гэтыя дні».