Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Пропагандист заявил, что 196 политзаключенных, об освобождении которых ранее не было известно, уже на свободе
  2. «Меньше кофе надо было пить, не напьетесь вы этого кофе вечно». Беларуску оставил на заправке рейсовый автобус — кто прав
  3. Беларуска назвала свою пенсию после 37 лет работы и попросила других поделиться цифрами. Суммы заметно отличаются
  4. На авторынке «умирает» один из дилеров
  5. Можно ли внезапно умереть от испуга, плохих новостей или сильного стресса — рассказываем
  6. Возле Дроздов в Минске есть секретная многоэтажка — информации о ней минимум. Но всплыли данные об одной из квартир
  7. Без Трампа, но с крупной победой. Сборная США ярко стартовала на домашнем чемпионате мира
  8. «Мы отрежем Крым от России». Командующий Силами беспилотных систем Украины Бровди о стратегии ударов
  9. Власти продали арестованную квартиру известного экономиста по нетипичной схеме
  10. Беларусь получила щедрый «подарок» из-за границы — его масштабы впечатляют. Но такие «презенты» несут риски для нашей страны


Большинство российских вузов на этой неделе закончили прием документов от абитуриентов. Для детей участников военных действий РФ в Украине в этом году была выделена квота в 10% бюджетных мест в каждом вузе по каждой специальности, такие выпускники поступают в упрощенном порядке. Обычно российские вузы публикуют списки всех абитуриентов, подавших документы. Но «дети войны» в списках этого года засекречены, пишет «Коммерсант».

Фото: Reuters
Фото: Reuters

Льготы при поступлении для детей участников «спецоперации» в Украине были установлены указом Владимира Путина в мае. Так, дети военных и госслужащих, погибших или пострадавших в ходе войны, зачисляются в вузы без экзаменов, за исключением творческих специальностей. Льготу имеют и дети остальных бойцов, воюющих в Украине, но их зачисляют в рамках квоты по результатам испытаний, форму которых определяет вуз, например по результатам ЕГЭ.

«Коммерсант» изучил списки абитуриентов, опубликованные на сайтах вузов. Как правило, в них указываются либо ФИО, либо личные страховые номера (СНИЛС), по которым также можно идентифицировать человека, и баллы каждого поступающего. Как оказалось, данные абитуриентов, подавших документы по «военной» квоте, в этих списках засекречены. Вместо фамилий там указаны присвоенные им специальные номера, по которым невозможно выяснить личность человека.

Собеседники «Коммерсанта» в университетах пояснили, что «уникальный код» для таких детей — это требование Минобрнауки, но причинами такой меры они не интересовались, а само ведомство отказалось объяснять их изданию. В одной из приемных комиссий предположили, что если публиковать списки таких детей открыто, это позволить установить личности их родителей, которые сейчас участвуют в войне в Украине.

Кроме того, юристы напомнили изданию, что с 2021 года в России установлено понятие «служебной тайны в области обороны». Минобороны может признать такой тайной любую информацию, которая находится в плоскости его интересов, но не является военной тайной, и доступ к этим сведениям будет ограничен.

К слову, хотя прием документов почти завершен, ни в одном из вузов 10-процентную квоту для «спецоперационных» детей не выбрали — абитуриентов, которые решили поступать в специальном порядке, в разы меньше, чем выделенных им бюджетных мест. Всего по стране таких мест 43,5 тысяч. В МГУ, например, было выделено 408 мест, а подали документы лишь 146 человек, в Уральском федеральном университете на 653 места подали документы лишь 39 человек, в Нижегородском государственном технологическом университете на 250 мест — 10 человек. Причем в большинстве случаев это абитуриенты с неплохими баллами, которые поступили бы на бюджет и в обычном порядке. Заявок от детей военных, погибших в ходе войны, практически нет.