Украинские города Константиновка, Лиман, Доброполье стали символом обороны Украины этим летом — именно там сосредоточен основной удар ВС РФ. А на юге страны — в Запорожской области, возле Орехова, Гуляйполя и Новоселовки, — аналитики фиксируют продвижение украинских войск, пишет «Настоящее время».
«Под руководством уже Драпатого продвинулись ориентировочно на 25 километров. Это очень большое расстояние в нынешней войне. За июль мы освободили столько территории, сколько врагу удалось захватить. У нас паритет. И это измеряется 25−30 километрами», — говорит военный аналитик Алексей Гетьман.
В целом, с начала года ВСУ освободили около 700 квадратных километров территории. ВС РФ захватили приблизительно столько же. Это главный исход летней военной кампании, говорят аналитики: Украина до сих пор обороняется, говорить о переходе в глобальное наступление не приходится. Но захватить Славянско-Краматорскую агломерацию к концу лета российской армии не удастся — ее темпы наступления сократились.
«Если сравнить с тем, что было год назад или больше, — раз в 10. Или больше даже. По большому счету, на Константиновском и Лиманском направлениях стираются те ресурсы, которые выделялись стратегически. Лето заканчивается. Фактически первая задача не выполнена», — говорит военный аналитик Павел Лакийчук.
Медленное продвижение обеих армий, в частности, обусловлено спецификой войны. Дроны сделали невозможными резкие продвижения. Именно с воздушными атаками многие аналитики связывают падение темпов российского наступления. Этим летом Украина увеличила количество мидл-страйков (от англ. middle strike — «удар на среднюю дистанцию». — Прим. «НВ») по тылам российской армии, что усложняет всю логистику, и дип-страйков (от англ. deep strike — «удар в глубину». — Прим. «НВ») по территории России.
«Дип-страйки мешают доставлять топливо и все необходимое в оперативные тылы, — поясняет военный аналитик Денис Попович. — И сейчас мы можем говорить, что есть недостаток топлива на фронте, прежде всего бензина. С дизелем по специфике российской переработки дела полегче. А вот с бензином большие проблемы. Все говорят, что армия потребляет дизель, это правда. Но бензин нужен для генераторов. А генераторы нужны на переднем крае, чтобы заряжать батареи, чтобы заряжать дроны, рации».
Второй момент, в котором сходятся военные аналитики: война стала дешевле. Чтобы поразить условный склад за 200 километров от линии фронта, больше не нужна ракета за несколько сотен тысяч долларов. Это подтверждают и в компании-производителе украинских ракет и дронов Firepoint.
«Целью было сделать продукт, который будет простым, понятным, повторяемым и не будет требовать месяцев тренингов. В нашем случае свежий взгляд на индустрию, на то, как должны делаться некоторые вещи, помог нам сильно снизить цену на рынке и показать, что можно достигать таких же результатов, но с большей скоростью и при меньшей цене», — говорит CEO компании Ирина Терех.
Дроновым атакам, добавляет она, помогает масштаб российской территории: закрыть ее средствами ПВО невозможно. Над страной и аннексированным Крымом в 2026 году сбили больше дронов, чем за три предыдущие года, подсчитало издание «Проект».
И нефтеперерабатывающая отрасль — не единственная цель БПЛА, говорит руководитель Firepoint Денис Штилерман.
«Нам нужно добить Wildberries и Ozon: если мы их положим, это неминуемо приведет к обрушению огромного количества банков. Это нарушение устоявшегося быта, обрушение десятков тысяч бизнесов, которые налогами содержат эту армию, этого сумасшедшего человека [президента РФ Владимира Путина] и потакают имперским амбициям России», — уверен он.
По словам Штилермана, к концу года Украина планирует изготовлять по четыре баллистические ракеты в день. Украинская баллистика сейчас на финальных этапах тестирования.
Военные эксперты уверены: это будет существенным аргументом уже во время зимней военной кампании.