Студентам беларусских университетов на организованных пропагандистами диалоговых площадках раздают листики с вопросами, которые необходимо задать спикеру, а тем участникам мероприятия, кто хочет поднять свою тему, просто не дают этого сделать. О том, как проводятся диалоговые площадки со студентами высших учебных заведений, в эфире СТВ откровенно рассказала студентка БГУ Елизавета Гайдукевич — дочь депутата Олега Гайдукевича.
Очередной выпуск пропагандистской передачи «Да! Но» был посвящен участию молодежи в политической жизни страны. Среди спикеров шоу была дочь депутата Олега Гайдукевича Елизавета, которая учится в Беларусском госуниверситете. Девушка подчеркнула, что «вообще во многом согласна со своим отцом», но кое с чем не согласна. Например, с тем, что молодежь сейчас достаточно включена в политическую деятельность.
— Была тема про диалоговые площадки. Всем студентам раздают вопросы, которые они должны задать, а тем, кто действительно хочет задать вопрос, просто не дают этого сделать. После этого я перестала ходить на диалоговые площадки, — сказала Елизавета.
Депутат, который также присутствовал в студии, поддержал дочь.
— И такое бывает, — признал Олег Гайдукевич.
Еще одна участница передачи делегат ВНС от БРСМ Анастасия Кисель, которая с недавних пор сама занимается организацией диалоговых площадок, подтвердила слова спикеров.
— Совсем недавно [на одной из диалоговых площадок] встала девочка, очень волнуется, я говорю: «У вас вопрос заготовленный?» Она сказала: «Нет». Я сразу поняла, что вопрос заготовленный, — поделилась своим опытом активистка БРСМ.
После таких откровений ведущий Евгений Пустовой стал спрашивать у участников шоу, кто же заготавливает вопросы для диалоговых площадках. Из списка подозреваемых сразу вычеркнули Александра Лукашенко и «высших должностных лиц» страны. Олег Гайдукевич предположил, что вина лежит на «чиновниках среднего звена», которые «просто ленятся делать хорошо».
— Давайте разберемся раз и навсегда. Писать вопросы — это не поручение сверху, — подвел итог пропагандист Пустовой.
— Я думаю, это те, кто стоят выше над студентами, над школьниками. Возможно, это преподаватели, учителя. Они просто боятся того, что школьники не зададут вопрос. Я сама проводила площадку, и школьники сначала молчали. Потом мы начали убирать этот формализм, начали разговаривать на одной волне, и посыпались вопросы. Да, они не были конкретно по моей деятельности в ВНС, они были из обыденной жизни, какие-то банальные вопросы. Например: «Почему я не могу в школьном возрасте купить машину?» Я ответила: «Так ты пойди на работу и заработай деньги на машину», — рассказала Анастасия Кисель, не пояснив, сколько классов беларусскому школьнику придется работать, чтобы скопить на автомобиль.